ОСНОВНОЕ МЕНЮ

Калькулятор расчета пеноблоков смотрите на этом ресурсе
Все о каркасном доме можно найти здесь http://stroidom-shop.ru
Как снять комнату в коммунальной квартире смотрите тут comintour.net Самое современное лечение грыж

КОНСПЕКТЫ УРОКОВ

Калькулятор расчета пеноблоков смотрите на этом ресурсе
Все о каркасном доме можно найти здесь http://stroidom-shop.ru
Как снять комнату в коммунальной квартире смотрите тут comintour.net Самое современное лечение грыж

ВНЕКЛАССНАЯ РАБОТА

Калькулятор расчета пеноблоков смотрите на этом ресурсе
Все о каркасном доме можно найти здесь http://stroidom-shop.ru
Как снять комнату в коммунальной квартире смотрите тут comintour.net Самое современное лечение грыж

НАЧАЛЬНАЯ ШКОЛА

Калькулятор расчета пеноблоков смотрите на этом ресурсе
Все о каркасном доме можно найти здесь http://stroidom-shop.ru
Как снять комнату в коммунальной квартире смотрите тут comintour.net Самое современное лечение грыж

РУССКИЙ ЯЗЫК

Калькулятор расчета пеноблоков смотрите на этом ресурсе
Все о каркасном доме можно найти здесь http://stroidom-shop.ru
Как снять комнату в коммунальной квартире смотрите тут comintour.net Самое современное лечение грыж

ЛИТЕРАТУРА

Калькулятор расчета пеноблоков смотрите на этом ресурсе
Все о каркасном доме можно найти здесь http://stroidom-shop.ru
Как снять комнату в коммунальной квартире смотрите тут comintour.net Самое современное лечение грыж

АНГЛИЙСКИЙ ЯЗЫК

Калькулятор расчета пеноблоков смотрите на этом ресурсе
Все о каркасном доме можно найти здесь http://stroidom-shop.ru
Как снять комнату в коммунальной квартире смотрите тут comintour.net Самое современное лечение грыж

ИСТОРИЯ РОССИИ

Калькулятор расчета пеноблоков смотрите на этом ресурсе
Все о каркасном доме можно найти здесь http://stroidom-shop.ru
Как снять комнату в коммунальной квартире смотрите тут comintour.net Самое современное лечение грыж

ЗАРУБЕЖНАЯ ИСТОРИЯ

Калькулятор расчета пеноблоков смотрите на этом ресурсе
Все о каркасном доме можно найти здесь http://stroidom-shop.ru
Как снять комнату в коммунальной квартире смотрите тут comintour.net Самое современное лечение грыж

ОБЩЕСТВОЗНАНИЕ

Калькулятор расчета пеноблоков смотрите на этом ресурсе
Все о каркасном доме можно найти здесь http://stroidom-shop.ru
Как снять комнату в коммунальной квартире смотрите тут comintour.net Самое современное лечение грыж

БИОЛОГИЯ

Калькулятор расчета пеноблоков смотрите на этом ресурсе
Все о каркасном доме можно найти здесь http://stroidom-shop.ru
Как снять комнату в коммунальной квартире смотрите тут comintour.net Самое современное лечение грыж

ГЕОГРАФИЯ

Калькулятор расчета пеноблоков смотрите на этом ресурсе
Все о каркасном доме можно найти здесь http://stroidom-shop.ru
Как снять комнату в коммунальной квартире смотрите тут comintour.net Самое современное лечение грыж

ИНФОРМАТИКА

МАТЕМАТИКА

Калькулятор расчета пеноблоков смотрите на этом ресурсе
Все о каркасном доме можно найти здесь http://stroidom-shop.ru
Как снять комнату в коммунальной квартире смотрите тут comintour.net Самое современное лечение грыж

 

Как уже говорилось, по некоторым молекулярно-генетическим оценкам приматы могли появиться едва ли не на границе раннего и позднего мела. Построения интригующие, в них есть лишь один маленький недостаток — полное отсутствие ископаемых свидетельств. Свидетельства же, причём крайне скудные, появляются лишь в самом конце мела, в маастрихте.

Реальные время и место возникновения приматов нам пока неизвестны. Исходя из раннекайнозойских данных, обычно местом называется Северная Америка. Но есть одна загадочная группа, ставящая перед нами много вопросов, на которые у нас пока нет ответов, — Adapisoriculidae. Древнейшие адаписорикулиды — Sahnitherium rangapurensis, Deccanolestes hislopi, D. narmadensis и D. robustus — известны из маастрихта Индии. Проблема в том, что Индия в это время плыла посреди океана Тетис — на месте будущего Индийского океана. Кайнозойские же роды адаписорикулид известны из Европы и Северной Африки, которые были изолированы как друг от друга, так и от Индии. Как звери добирались туда и обратно — непонятно; видимо, плавающие по морям брёвна никто не отменял. Между прочим, адаписорикулиды — едва ли не единственные позднемеловые плацентарные Африки и Индии, что даже странно, учитывая сравнительное изобилие плацентарных в Азии и Северной Америке; впрочем, дело может быть в исследованности фаун, а не в их реальном составе. При этом в самих Азии и Северной Америке, при всей неплохой их изученности, адаписорикулиды неизвестны, а это проблема, так как все примитивнейшие приматоподобные существа жили именно там.

О приматах же речь идёт потому, что адаписорикулиды — наши вполне вероятные предки. Правда, их зубы настолько примитивны, что в принципе могли бы украсить пасть самых разных млекопитающих: опоссумов, насекомоядных, лептиктид, миксодектид, афросорицид, тупай, шерстокрылов, но не плезиадаписовых, а ведь плезиадаписовые — те самые предки-протоприматы. Как же так? Удивительно, но адаписорикулиды похожи на нас не зубами, а конечностями: их плечевые и бедренные кости похожи на кондиляртровые и плезиадаписовые, а таранные и пяточные — плезиадаписовые и шерстокрыльи. В широком смысле адаписорикулиды по костям лапок — архонты Archonta (или Euarchonta), а эта группа объединяет как раз тупай Scandentia, шерстокрылов Dermoptera, плезиадаписовых Plesiadapiformes и приматов Primates. Конечно, это не проясняет загадку, а только запутывает. Адаписорикулиды явно были древесными и насекомо-фруктоядными, то есть как минимум аналогичными первым протоприматам. Возможно, это была своя параллельная линия эволюции, отделившаяся от прочих плацентарных ещё до залямбдолестесов и цимолестесов, что объясняет универсальность признаков. А возможно, что из Индии они попали в Азию и стали там шерстокрылами, а из Европы — в Северную Америку, где превратились в пургаториусов и дальше — в приматов.




Самая важная находка в деле происхождения приматов, конечно, изолированный второй нижний моляр из того же слоя в Монтане, в котором найден скелет трицератопса. Зуб был описан как Purgatorius ceratops и опубликован как древнейший примат, истинный Великий Предок. Конечно, тут же появились сомнения. Критиковалась как датировка зуба (он же найден в русле реки, туда что угодно могло принести водой в позднейшие времена), так и принадлежность (дескать, сохранность недостаточна, а вдруг это какой-нибудь кондиляртр). Что ж, претензии обоснованы (хотя так-то можно предположить, что и трицератопса принесло из палеоцена), неспроста все последующие исследователи, хотя и упоминают про этот зуб, всё же стараются не придавать ему слишком большого значения. Однако уже в самых ранних палеоценовых слоях, отстоящих от границы с мелом буквально на несколько сотен лет, обнаруживаются останки нескольких видов пургаториусов, а несколько позже и других родов. Конечно, мелкие зверушки могут эволюционировать очень быстро, но они никогда не самозарождаются на пустом месте. Обнаружение более достоверных пургаториусов или их прямых предков в позднемеловых слоях — дело времени и упорства палеонтологов, а также искусства геологов и датировщиков.

Зуб пургаториуса, конечно, сильно отличается от зубов современных приматов, но странно было бы ожидать полного сходства при древности 66 миллионов лет. Так, у него высокие острые бугорки, видимо, предназначенные для разгрызания насекомых, но есть и уплощённый участок, который мог быть полезен при жевании фруктов. Конечно, по одному зубу, что бы ни говорил в своё время Ж. Кювье, построить портрет пургаториуса невозможно, но у нас есть более полные останки его родственников из палеоцена. Благодаря им мы знаем, что это был зверёк размером с современного долгопята, то есть с ладонь, жил он на деревьях и умел достаточно бодро прыгать по веткам. Эти свойства — всеядность и древесность — задали все наши особенности, всю нашу человечность. В общем-то, на этом месте можно было бы закончить книгу, так как человек по палеонтологическим меркам фактически возник, но, думается, не все поймут такую концовку, так что стоит всё же сделать пару пояснений (и на всякий случай третью часть книги про кайнозой).

Всеядность гарантировала любопытство и сообразительность. Любое специализированное животное уступает всеядному в поисковом поведении. Одно дело, когда задача, например, всю жизнь ковырять термитники: вчера термитники, сегодня термитники, завтра, через миллион лет… При таком раскладе достаточно раз и навсегда прописать поведение в инстинкте — и успех обеспечен (до тех пор, пока термиты не вымрут или не эволюционируют). Другое дело, если вчера мы ковыряли термитники, сегодня будем собирать плоды, завтра искать птичьи яйца, а потом и вовсе что-то новенькое, доселе неиспробованное. Тут уже надо напрягать мозг, запоминать богатые места и плодоносные сезоны, исхитряться и мудрить, иногда очень быстро принимать решения, если, скажем, фрукт или насекомое незнакомы и нужно определить по косвенным признакам его съедобность или ядовитость. Тут уж в маленьком мозге все возможности никак не пропишешь, познание мира должно быть динамичным и происходить через обучение. У человека это достигло апофеоза: мы должны учиться даже ходить и общаться с себе подобными. Кроме прочего, всеядность придала нам немалый заряд экологического пофигизма: в гораздо более поздние времени благодаря ей приматы смогли спуститься с деревьев в саванну и начать охотиться, а нынче способны лопать такую гадость, от которой воротят нос даже бродячие псы.

Древесность, вопервых, способствовала всеядности, а вовторых, обеспечила все прочие наши особенности. Богатые леса с кучей цветковых растений с разнообразными плодами и листьями, а также множеством насекомых и прочей мелкой живности были отличным полигоном для универсализма. Кроме того, сложное ветвление и плотность крон цветковых, с одной стороны, требовали хитрых способов локомоции, с другой — позволяли легче избегать хищников. Хищники — мелкие динозавры и птицеподобные твари — не оставляли предков в покое. Но тероподы и энанциорнисы лазали по деревьям по старинке, как привыкли ещё в триасе и юре, когда наловчились карабкаться по вертикально-горизонтальным лесенкам голосеменных, раскорячивши в стороны когтистые ручки-цеплялки на подъёме и вспархивая при спуске. В новой хитро-трёхмерной среде подвижные лапки плацентарных с зарождающимся противопоставлением большого пальца и повышенными прыгательными способностями были чрезвычайно актуальны. В дальнейшем это помогло сформироваться прямохождению при спуске на землю, трудовой кисти и орудийной деятельности.

Жизнь на ветвях меняет органы чувств. Обоняние становится менее актуальным: кто знает, откуда ветром принесло этот запах? В осязании преобладание переходит от вибрисс к пальцам: всё же ветки и листья не слишком густы и не прикасаются к мордочке, а ручками всё время приходится что-то щупать. Слух остаётся более или менее прежним. Преимущество же однозначно оказывается за зрением: прыгать на ощупь или на слух долго не получится — деревья высокие, отбор суров. Через некоторое время это неизбежно приводит к бинокулярности (объёмному зрению, когда оба глаза смотрят вперёд, а не в разные стороны), так как необходимо очень точно оценивать расстояние, а также к быстроте соображения, ведь рассчитывать силу и дальность прыжка надо моментально, иначе кончик веточки подогнётся, упадёшь и разобьёшься. Насекомо-фруктоядность с древесностью вместе двигали отбор в сторону восстановления цветного зрения, утерянного за миллионолетия динозаврового ига и ночного образа жизни: полезно уметь распознавать красно-жёлтые пятна в зелёной листве (между прочим, и многие хищники именно такого цвета, не нарочно, а потому, что другие звери-дальтоники всё равно не замечают оранжевого леопарда в изумрудной кроне, а расчленяющий эффект пятнышек и вовсе делает его невидимкой).

Одновременно безопасность жизни на тонких веточках, куда не могли забраться крупные хищники, позволила перейти к K-стратегии размножения: можно рожать мало детёнышей, долго и усиленно о них заботиться, а потому процент выживших потомков останется вполне достаточным. У одного детёныша мозгов от рождения может быть больше, чем если поделить их на десяток отпрысков. Долгое детство и бережное воспитание позволяют закачать в эти мозги массу полезной информации, причём каждый раз другой, нужной именно здесь и сейчас, актуальной в данных условиях. Между делом долгая зависимость детёныша от матери приводит к их эмоциональной привязанности, то есть развитию эмпатии и доброты, а кочевая жизнь с постоянными прыжками и тряской гарантирует цепкость ручек — держаться-то за маму надо (сумчатые решили это надёжнее — сумкой, но как раз из-за надёжности остановились в этом направлении). Древесная безопасность позволяет жить достаточно открыто и много общаться, не особо скрываясь, это развивает зрительную коммуникацию (в том числе мимику и жестикуляцию), а также звуковую (в будущем — речь). В богатой среде можно жить сравнительно большими группами, чтобы было с кем потусоваться, но всё же и не слишком многочисленными, дабы сообщество не превратилось из сплочённой компании, где все знают друг друга, а индивид кое-что значит и право имеет, в бессмысленное стадо, где личность растворяется в статистике выживания.

Понятно, что у пургаториуса все эти свойства были в крайне зачаточном состоянии, возможно, более простом, чем у нынешних насекомоядных, на всё перечисленное понадобились ещё долгие миллионы лет, а успех, судя по единичности разумного вида на планете, отнюдь не был гарантирован. Но главное было начать. С высот нашего интеллектуального совершенства, конечно, мелкий писклявый предок выглядит крайне примитивным. Однако, вопервых, как здорово сознавать, что вот такой крошечный пушистик был таки нашим пращуром! Ведь это значит, что именно эти древесные пупсики с мозгами меньше кротовьих превозмогли и смогли, превзошли и сдюжили! Во-вторых, раз эволюция вывела нас из пургаториуса, может, не стоит зазнаваться и считать себя вершиной? Возможно, нам есть ещё куда эволюционировать и далёкие потомки будут воспринимать нас, как мы — пургаториусов, забавными эволюционными заготовками с неплохим потенциалом? Пургаториусы оправдали предыдущие миллиарды лет выживания отбора, а сможем ли мы?




Экосистемы мела не были похожи на современные. Иногда в стремлении нагляднее изобразить древность её сильно осовременивают, представляя растительноядных динозавров этакими антилопами, носорогами и слонами, хищных — леопардами и львами, птерозавров и энанциорнисов — птицами, а мозазавров — косатками. Нет! Рептилии — не млекопитающие, конфуциусорнисы и энанциорнисы — не птицы, ихтиозавры и плиозавры — не дельфины. Типичный динозавр — помесь крокодила со страусом, это совсем не корова и не жираф ни по каким показателям. Наша фантазия, конечно, могуча, но представить себя в истинном мезозое реально сложно. Потому-то так много мифов окружает великое мел-палеогеновое вымирание.

Мы и про современных-то животных далеко не всегда знаем, чего им не хватает для полного счастья и отчего они сокращаются в численности. Что уж говорить о биосфере позднего мела. А ей явно пришлось нелегко — сгинули около 75 % морских и 43 % наземных видов. Большой эре — большое вымирание! Пострадали в основном морские животные: полностью исчезли аммониты, двустворчатые моллюски рудисты, все морские рептилии, кроме черепах, очень сильно выкосило одноклеточных водорослей, радиолярий, фораминифер, белемнитов и акул, вымерла треть кораллов и губок. На суше всё было скромнее, но с нашей сухопутной точки зрения эффектнее: кончились динозавры, птерозавры, конфуциусорнисы и энанциорнисы, резко сократились в числе ящерицы и сумчатые млекопитающие.

Геологически граница выглядит как смена преимущественно карбонатных отложений (меловой период — такой меловой) на осадочные чёрные глины. Выходит, в море сильно пострадал планктон с известковыми раковинками, а на суше усилился размыв почв. В пограничном слое обычно много органики, но нет костей.


Маленькая тонкость

Разрезов, содержащих слои смены эр, не так уж много. Одна из важнейших формаций границы мела и палеогена — Хелл Крик в Северной Америке, в Монтане, Дакоте и немножко в Вайоминге. Её нижние части относятся к верхнему маастрихту, а верхние — к нижнему палеоцену. Именно на эту формацию приходится пресловутый иридиевый слой и последние динозавры. Показательно, что в Хелл Крик число видов динозавров и одних только многобугорчатых млекопитающих вполне сопоставимо — и тех и других примерно по два десятка. А ещё примерно столько же видов было сумчатых и лишь чуть меньше — плацентарных. Это при том, что кости динозавров крупнее, лучше сохраняются и проще находятся. Вероятность обнаружения новых видов динозавров в Хелл Крик уже не очень велика, тогда как число видов млекопитающих наверняка занижено в несколько раз. Выходит, конец мела — это уже век млекопитающих.

По динозаврам Хелл Крик можно видеть сокращение видового разнообразия: к концу эпохи в фауне почти половину составлял один вид Triceratops prorsus, вдвое реже встречались Edmontosaurus annectens, а их ели Tyrannosaurus rex. Остальные динозавры были весьма редки. Подобная же картина, с небольшими вариантами, рисуется и для формации Охо Аламо с её аламозаврами и гадрозаврами.

Получается, для вымирания динозавров было нужно не так уж много — конец буквально нескольких видов в каждом отдельном регионе (как обычно, на всё нужна поправка — по всем фаунам до конца мела дожило больше сотни видов динозавров). Темпы исчезновения были практически те же, что и в предыдущие эпохи, но разнообразие слишком мало. Собственно, отсюда вырастает идея, что главной проблемой динозавров в конце мела было не вымирание, а не-образование новых видов. А новые не возникали из-за сверхконкуренции гигантских форм. Идеальные конкуренты, отточившие свою приспособленность до идеала, не давали возможности развиваться никому другому, а сами погрязли в специализации так, что конец всей группы был неизбежен.

Конечно, сверхконкуренция динозавров не имеет отношения к вымиранию планктона в морях, так что и её не стоит возводить в ранг главной, единственной и неповторимой.

Непонимание ситуации и взаимосвязей вкупе с впечатлительностью творят чудеса: выдвинуты едва ли не сотни гипотез о причинах вымирания. Конечно, первым делом всё хочется объяснить просто, разом и глобально, ведь наш бытовой опыт не приучает нас мыслить миллионами лет и статистическими закономерностями (с другой стороны, бытовой опыт не приучает нас мыслить и масштабами планетарных катастроф, чем может вызываться отрицание катастрофизма — нелегко быть разумным существом!). А потому самая известная версия — астероидная.

Согласно ей примерно 66 миллионов лет назад в воды Мексиканского залива, на край полуострова Юкатан упал огромный — диаметром десять километров — булыжник. Взрыв был колоссален: мало того, что ударная волна и стометровое цунами несколько раз обошли планету, а пожары спалили леса и саванны, так ещё в воздух были выброшены немыслимые объёмы пыли и пепла, затмившие солнце едва ли не на годы. Конец света наступил в буквальном смысле: чуть ли не на пару лет наступила ночь. Из-за плотных туч свет и тепло не доходили до поверхности планеты, температура резко упала — аж на 28° на суше и на 11° в морях, а растения на земле и в водах не могли больше фотосинтезировать. Земля погрузилась в беспросветный ужас, её накрыла вулканическая зима. Из-за последовавшего выброса CO2 кислотность воды в океанах резко повысилась, что привело к массовой гибели планктона, особенно имевшего карбонатные раковины. На суше пережить катастрофу смогли лишь самые холоднокровные, типа черепах и крокодилов, да самые теплокровные, типа птиц и млекопитающих. Первые могли годами голодать и впадать в спячку, вторые были мелкими, потребляли в абсолютном выражении немного и согревались внутренними силами.

Отличными фактическими доказательствами нарисованной кошмарной картины являются стовосьмидесятикилометровый кратер Чиксулуб на дне моря и всепланетный особый слой на границе мела и палеогена с повышенным содержанием иридия, графитовых гранул, шокового кварца, цунамитов и микротектитов. Иридий — редкий на Земле элемент, но он есть в метеоритах, графитовые гранулы говорят о пожарах, цунамиты — отложения цунами, а тектиты — оплавленные кусочки породы, разлетавшиеся при взрыве. Дно кратера было подробно обследовано, события падения задокументированы и смоделированы с точностью до минут!


Маленькая тонкость

Показательно, что астероидная гипотеза была выдвинута в 1979 и 1980 гг. лауреатом Нобелевской премии физиком У. Альваресом с коллегами. Время и личность неслучайны: в разгар холодной войны с витающим в воздухе ожиданием ядерного апокалипсиса популярность гипотезы с супервзрывом, уничтожающим половину жизни на Земле, из уст физика и лауреата была гарантирована на сто процентов. Кроме того, как раз выросло поколение, мыслящее комиксами-фильмами-катастрофами, для которого одномоментный коллапс выглядел гораздо убедительнее долгих скучных рассуждений о тонких биосферных взаимосвязях.

Важно также помнить, что мнения о причинах вымирания, излагаемые в научных трудах, выглядят далеко не так категорично и линейно, как в популярных переложениях. Серьёзные учёные никогда не пишут «100 %» (кстати, перечитайте предыдущий абзац), а слова «возможно, с большой вероятностью, не исключено» — необходимый элемент едва ли не каждого предложения. Так что если где-то Вы прочитали, что «давно никто не сомневается» или «как всем известно», — это наверняка не самый научный текст (между прочим, и эта книга — не научный текст, а популярное изложение, видение нашей эволюции конкретным антропологом, не забывайте об этом!).

Но есть и конкуренты Чиксулуба. Кратер Шива в Индийском океане в полтысячи километров диаметром и датировкой 65 млн л. н. образовался от падения астероида или кометы диаметром в сорок километров; по другим же оценкам, он мог быть даже больше юкатанского. Правда, движением литосферных плит половины кратера растащило от Сейшельских островов до западного побережья Индии, так что сохранился он не очень здорово. К тому же поскольку большую часть трудов про астероидную гипотезу пишут американцы, то американский Чиксулуб куда разрекламированнее; и научных исследований, посвящённых Шиве, намного меньше, и в популярной литературе про него вспоминают намного реже. Есть предположение, что оба кратера неспроста совпадают по времени, вероятно, оба астероида были как-то связаны друг с другом: либо летели вместе, либо раскололись на подлёте к Земле. Тогда эффект от их падения был даже боˊльшим. А ведь есть ещё кратер Болтыш в центре Украины диаметром 24 км, а ещё кратер Сильверпит у восточного побережья Англии диаметром 20 км; их датировки менее точны, но вроде бы более или менее совпадают с Чиксулубом и Шивой.

Не исключено также, что падение Шивы стало пусковым толчком для начала или усиления извержения деканских траппов на западе Индии. А может быть, это чиксулубский астероид послал сейсмическую волну, обошедшую планету и сошедшуюся на противоположной стороне как раз в Индии, приведя к выбросу там расплава магмы; правда, деканские траппы начали извергаться раньше, а закончили сильно позже астероида, но свой вклад тот вполне мог дать. Мощнейшие вулканы выдали подушку базальта толщиной в два километра на половину площади Индостана. Примерно синхронные отложения базальтов есть и в Гренландии. Вулканы отравили атмосферу сернистым ангидридом, который к тому же привёл к похолоданию, своими пеплами-туфами закоптили светило и опять же вызвали быстрое похолодание, а выброс массы углекислого газа в более далёкой перспективе обеспечил потепление. Кислотные дожди, изменение кислотности поверхностных вод океана, разрушение озонового слоя тоже не добавили радости. Кроме адского дыма и лавы из недр выметнулся селен, отравивший яйца рептилий, неспроста ведь в маастрихтских слоях Индии найдены буквально тысячи яиц динозавров, многие с невылупившимися эмбрионами. Как ни странно, разные указанные последствия не противоречат друг другу, события могли следовать подряд.

Слишком резкие изменения и сами по себе не были полезны, но сочетание астероидной и вулканической зим оказалось совсем печальным.


Маленькая тонкость

Изучение изотопов ртути из раковин двустворок позволяет оценить температуры морской воды. Выясняются интересные вещи. Во-первых, падение температуры в конце мела составило десяток градусов, что чрезвычайно много. Во-вторых, похолодание было не таким уж моментальным, а растянулось на тысячи лет. В-третьих, минимальные значения на самой границе эр не были такими уж ужасными — и до, и после происходили похолодания и хуже. В-четвёртых же, по данным с антарктического острова Сеймур, на начало и конец вымирания приходятся как раз локальные пики потепления, причём второй из них строго совпадает с границей эр. В других частях планеты климат менялся по-своему, например, в Алабаме второго пика потепления на рубеже эр не было.

Цветковые растения и насекомые тоже пострадали от вымирания, это можно видеть по числу листьев с повреждениями — погрызами, дырками и прочими ходами. Однако как минимум дважды до мел-палеогеновой границы происходило то же самое, а пик проблем пришёлся на время сильно позже самой границы, уже в палеоцене. Это можно успешно связать с упомянутыми выше колебаниями климата, а не с одномоментным падением астероида или извержением вулкана.

Отравление избытком селена — один из дополнительных факторов мел-палеогенового вымирания. Может показаться парадоксальным, но именно дефицит селена в морской воде из-за снижения эрозии суши назывался в виде причин вымираний в конце ордовика, девона и триаса, ведь некоторое количество этого элемента принципиально важно для жизни — диалектику никто не отменял.

А ведь есть ещё и версии падения кометы, взрыва сверхновой звезды и близкого гамма-всплеска…

Конечно, во всех изложенных сценариях не всё так гладко. Для начала есть сомнения, метеоритный ли вообще юкатанский кратер? Может, это жерло вполне земного супервулкана? А зима была вулканическая, а не астероидная? Версия, хотя имеющая сторонников среди вулканологов, конечно, не очень популярная и менее обоснованная, так что сойдёт скорее за придирку. Некоторые исследователи проявляют скепсис и относительно метеоритной природы кратера Шива, и, в ещё большей степени, кратера Сильверпит.

Существуют сомнения и в синхронности иридиевого слоя, тектитов и кратера Чиксулуб. По некоторым данным, падение астероида случилось за сто тридцать или даже триста тысяч лет до вымирания — многовато для такого масштабного события. Исследование биомаркеров из центра кратера показало, что какая-то жизнь там восстановилась уже через несколько лет после катастрофы, кто-то копался и уже рыл норки в грунте; подобные ходы и остатки фораминифер не раз отмечались в «слое цунами» — что ж это за планетарная катастрофа такая, если в самом аду спокойно ползают всякие червяки? Даже пресловутый иридиевый слой мог быть образован не падением чиксулубского астероида, а деканскими вулканами.

Есть и большие сомнения, должно ли вообще падение астероида, даже столь масштабного, вызвать апокалипсис? На планету и до, и после рушились вполне сопоставимые каменюки, но они не оставляли на биосфере таких ужасающих шрамов. Например, в конце эоцена планету бомбардировала целая эскадра метеоритов-камикадзе, о чем свидетельствуют стокилометровый кратер Попигай в Якутии, восьмидесятипятикилометровый Чесапик Бэй и двадцатидвухкилометровый Томс Каньон на востоке США, пятидесятикилометровый Маунт-Ашмор в Тиморском море. И как-то пережили, никто особо и не заметил (на самом деле, некоторое вымирание было, но далеко не такое масштабное, как в конце мезозоя). Список, на самом деле, гораздо длиннее. Конечно, часть из известных кратеров могут быть не астероидными, а часть вполне можно привязать к сменам эпох, но привязки эти выглядят далеко не так впечатляюще.

С извержениями тоже не всё абсолютно логично. На протяжении только одного мела случилось не меньше шести мощнейших извержений, из которых мадагаскарское 86–90 млн л. н. было вполне сопоставимо с деканским, но ни одно из них не привело, однако, к вымиранию. Да и деканское суперизвержение началось за полмиллиона лет до вымирания, причём всё это время прямо по периметру трапповой области благополучно жили динозавры.

Да и вообще, колебания видового разнообразия случались несколько раз за мезозой, а последнее вымирание явно происходило не одномоментно, а длилось от десятка до сотни тысяч лет, а то и сильно больше, до десяти миллионов лет. Скажем, в Мексике основное сокращение динозавровых фаун произошло ещё в кампане сразу после осушения климата. В США в кампанских отложениях динозавры были примерно вдвое разнообразнее, чем в маастрихте. Примерно та же картина и с аммонитами в морях. Кроме того, примерно половина видов вполне успешно преодолела границу эр без особых изменений, причём некоторые роды и виды успешно пережили катастрофы в непосредственной близости и от Чиксулуба в Северной Америке, и от деканских траппов в Индии. Например, среди крокодилов формации Хелл Крик остались живы четыре вида из пяти (правда, это ещё зависит от того, как считать виды, но это дело систематиков, соотношение принципиально не меняется). Даже планктонные организмы под и над слоем с чиксулубскими тектитами выглядят подозрительно одинаково. Выходит, все вышеописанные ужасы могли способствовать вымиранию, но не были его главной причиной.


Маленькая тонкость

Одна из странных на первый взгляд проблем — определение границы мезозоя и кайнозоя. Логично, что, как и для подавляющего большинства стратиграфических границ, она должна бы проводиться в основном по морским планктонным организмам. В целом так и происходит, только есть незадача: разные специалисты, ориентируясь на свои критерии, в одной и той же колонке рисуют границу на несколько разных уровнях! Это с очевидностью показывает, что сверхчёткой границы нет и по определению не было. Время шло с той же скоростью, виды менялись не синхронно, так что степень условности неизбежна.

На практике за границу принимается исчезновение аммонитов, это удобно, но, очевидно, тоже является общепринятым допущением, тем более что аммониты вообще не обязаны были жить везде, сохраняться в каждом слое и вымирать во всех морях строго одновременно.

Не годится и принятие за искомую границу иридиевого слоя, ведь, вопервых, он сохранился далеко не во всех разрезах, а вовторых, не совпадает с биостратиграфическими границами. Как обычно, идеальным решением было бы абсолютное датирование всего и вся, но это пока трудно технически.

И тут на первый план выдвигаются экологические взаимосвязи: понижение уровня океана, похолодание вкупе с увлажнением, появление цветковых и широчайшее распространение мелколиственных деревьев.

Берёзки и осинки — это прекрасно, с ними так и хочется обниматься и вокруг них так и тянет водить хороводы, но питаться ими способны далеко не все. Когда предки нынешних мелколистных деревьев заняли экологические ниши растений, на которых привыкли пастись динозавры, огромным ящерам просто перестало хватать пищи. Конечно, это была не главная причина вымирания, но для разгона она тоже неплоха.

Корни цветковых растений, особенно трав, сформировали плотный дёрн, отчего снизился размыв почв и уменьшилось поступление азота, фосфора и прочих веществ в океан. Без привычного количества ценных элементов фитопланктон загрустил и завял, а за ним по цепочке стали исчезать зоопланктон, моллюски, рыбы и морские ящеры. Кроме прочего, планктонные водоросли кокколитофориды и динофлагелляты для увеличения плавучести синтезировали диметилсульфониопропионат, который бактериями разлагался до диметилсульфида, который рано или поздно уходил в воздух и окислялся до солей и кислот, которые, в свою очередь, становились отличной затравкой для капелек воды. В итоге образовывались облака, альбедо — степень отражения — увеличивалось, солнечные лучи не достигали земли и воды, температура поверхности падала. Углекислый газ из атмосферы растворялся в воде, откуда его забирали на свои нужды те же кокколитофориды и прочие водоросли. Некоторые из них строили из углерода известковые раковинки, другие просто своё тело; раковинки и тела падали на дно, осаждались в виде карбонатов и превращались в нефть и газ. Содержание углекислого газа в атмосфере понижалось миллионы лет, уменьшив парниковый эффект и приведя к падению температуры. В какой-то момент количество перешло в качество и накопившиеся изменения привели к вымиранию.

На суше огромнейшей проблемой для динозавров и птицеподобных тварей были млекопитающие. Хищные грызли яйца и ловили детёнышей, а своей суетой нервировали самок, которые из-за стресса подолгу не откладывали яйца, у которых нарушалось развитие скорлупы. Растительноядные зверушки были мелки, но с активным обменом веществ и многочисленны, они плодились несравненно активнее и приспосабливались к новым условиям несравненно быстрее, а потому и сами быстро меняли эти условия. Гигантские ящеры, подкошенные к тому же сверхконкуренцией, существовать на таких оборотах не могли.

Мел закончился, мезозой ушёл в прошлое, начался кайнозой…




Как и положено целой эре, мезозой завершился грандиозным крахом. Огромное число существ вымерло. Но их бытие не прошло впустую. Одни из них своими телами в немалой степени создали землю, по которой мы ходим, другие, будучи успешными конкурентами и злобными врагами, несознательно, но от этого не менее упорно направляли нашу эволюцию.

Спасибо меловому периоду за мел, которым мы пишем на доске в школе, за кремень, который был нашим главным сырьём для орудий во все времена, за нефть и газ, которые греют и двигают нашу цивилизацию. Спасибо цветковым растениям, предоставившим нам райскую еду — цветы, нектар и плоды, а также надёжное убежище и уютный дом — густые кроны. Спасибо змеям и тероподам, загнавшим нас на эти самые деревья, сами бы мы, возможно, туда и не полезли. Спасибо кокколитофоридам и прочим планктонным организмам, менявшим геологию планеты и заложившим основы сказочного потепления первой половины кайнозоя.

Огромное спасибо нашим невзрачным Великим Предкам за то, что выжили и стали нами, в благодарность мы, как можем, восстанавливаем память о них.




Альтернативы

Меловой период был разнообразен. Понятно, что за этот огромный промежуток времени было много моментов, когда что-то могло пойти не так.

В конце мела динозавры могли не вымереть окончательно. В принципе, раз черепахи, крокодилы и хампсозавры не исчезли, птицы и млекопитающие сохранились, пресноводные и лесные фауны пострадали в конце мела не слишком. Некоторые динозавры вполне могли остаться. Однако даже сохранение пары-тройки десятков видов динозавров в кайнозое уже ничего не могло бы изменить, живут же сейчас столько же видов крокодилов, и это ни разу не повод называть кайнозой веком крокодилов. Конечно, можно возразить, что динозавры огромны, и потому их влияние на экосистемы грандиозно; спору нет, но столь же мощное воздействие на экосистемы слонов не делает нынешнюю Землю планетой слонов.

Впрочем, сообщества млекопитающих в сочетании с парой видов динозавров выглядели бы любопытно. Возможно, и наша эволюция пошла бы совсем иначе. Даже несколько видов сохранившихся крупных растительноядных динозавров могли бы раньше запустить процесс саваннизации. Успели бы наши предки приобрести необходимые для выхода из леса и развития прямохождения преадаптации? Вымерли бы они или, напротив, свет разума воссиял бы на десятки миллионов лет раньше? Каким был бы каменный век в мире с троодонами? Как развивалось бы сельское хозяйство в мире с зауроподами? Даже выживание одного-двух видов на каком-нибудь острове, типа гаттерии на Новой Зеландии, уже могло бы двинуть нашу науку далеко вперёд (и не надо повторять мантру про то, что птицы — это и есть динозавры, «они порхают вокруг нас», речь о нормальных динозаврах). Да, фантасты уже написали немало на эту тему, но существуют гораздо более научные основания и для предположений, и для расчётов изменения экосистем, ведь с развитием генетики возрождение ящеров вполне может стать реальностью.

В середине мела млекопитающие могли вымереть. Их место могло так и остаться пустым, а могли бы найтись кандидаты на их тёплую экологическую нишу. Лучшая альтернатива, конечно, — хищные динозавры и птицеподобные существа. Мелкие тероподы уверенно шли по пути энцефализации — увеличения головного мозга. Ничто не мешало им сделать ещё один рывок, преодолеть «мозговой рубикон» и стать разумными существами. Даже трёхпалые ручки не были такой уж проблемой. Одна сложность: они уже занимали вершину пищевой цепочки, у них не было эволюционных проблем, им и так было хорошо. Они слишком хорошо были вписаны в существовавшие экосистемы, чтобы кардинально меняться. Не существовало никаких сложностей, которые им надо было решать с помощью интеллекта; зубы и без мышления были остры. Лишь самые мелкие пернатые всеядные тероподы имели отличный шанс, но их, возможно, подвела пониженная социальность и несовершенная система размножения.

Конфуциусорнисы, энанциорнисы и птицы осваивали новый класс экологических ниш, причём весьма разнообразный и сложный, — кроны деревьев. Казалось бы, тут-то и место-время-возможность развиться уму-разуму. Но птицы, на свою беду, научились летать. А это наложило мощнейшее ограничение на вес мозга. Летающее существо должно быстро — в течение одного сезона — взрослеть, так что залогом успеха становятся инстинкты, а обучение уходит на второй план. Для полёта нужен мощнейший обмен веществ, слишком много усилий уходит на добывание еды, на размышления о сущем и общение с друзьями времени совсем не остаётся. Да и размножение яйцами не слишком способствует социализации: есть такая гипотеза, что забота о потомстве у живородящих зверей завязана на умилении родителей мимимишными детками, а проявлять нежность к яйцам сложнее (вопрос, впрочем, крайне спекулятивный, философский и трудно проверяемый, спорить тут можно до посинения, а как проверить?). Слава эволюции, хоть до какой-то заботы о потомстве, стайности и уровня иерархичности дошли, и на том спасибо.

Среди самих млекопитающих тоже было много претендентов на мировое господство. Весь мел преобладали многобугорчатые, под конец периода развернулись сумчатые. Раз бандикуты развили плаценту, хотя бы и несовершенную, значит и другие вполне могли. Если бы не подкосившее сумчатых вымирание, они могли бы усовершенствоваться, прочно занять древесную экологическую нишу и не дать возникнуть приматам. Так бы до сих пор по деревьям на всей планете лазили опоссумы, коалы и древесные кенгуру, а цепочка событий, ведущих к разуму, вообще не реализовалась бы.

Плацентарные тоже были довольно разнообразны. Отличные альтернативные кандидаты на развитие своей разумной ветви — адаписорикулиды; возможно, впрочем, они и так наши предки.

Гадать, как оно могло бы быть, если бы да кабы, можно долго. А меж тем история пошла дальше своим путём. Наступил кайнозой…

 

Поиск

ФИЗИКА

Калькулятор расчета пеноблоков смотрите на этом ресурсе
Все о каркасном доме можно найти здесь http://stroidom-shop.ru
Как снять комнату в коммунальной квартире смотрите тут comintour.net Самое современное лечение грыж

ХИМИЯ

Калькулятор расчета пеноблоков смотрите на этом ресурсе
Все о каркасном доме можно найти здесь http://stroidom-shop.ru
Как снять комнату в коммунальной квартире смотрите тут comintour.net Самое современное лечение грыж

Поделиться

МУЗЫКА

Калькулятор расчета пеноблоков смотрите на этом ресурсе
Все о каркасном доме можно найти здесь http://stroidom-shop.ru
Как снять комнату в коммунальной квартире смотрите тут comintour.net Самое современное лечение грыж

ИЗО

Калькулятор расчета пеноблоков смотрите на этом ресурсе
Все о каркасном доме можно найти здесь http://stroidom-shop.ru
Как снять комнату в коммунальной квартире смотрите тут comintour.net Самое современное лечение грыж

ВСЕРОССИЙСКИЕ ПРОВЕРОЧНЫЕ РАБОТЫ

ОГЭ И ЕГЭ

Калькулятор расчета пеноблоков смотрите на этом ресурсе
Все о каркасном доме можно найти здесь http://stroidom-shop.ru
Как снять комнату в коммунальной квартире смотрите тут comintour.net Самое современное лечение грыж

ГОЛОВОЛОМКИ, ВИКТОРИНЫ, ЗАГАДКИ

Калькулятор расчета пеноблоков смотрите на этом ресурсе
Все о каркасном доме можно найти здесь http://stroidom-shop.ru
Как снять комнату в коммунальной квартире смотрите тут comintour.net Самое современное лечение грыж

НА ПЕРЕМЕНКЕ И ПОСЛЕ УРОКОВ

Калькулятор расчета пеноблоков смотрите на этом ресурсе
Все о каркасном доме можно найти здесь http://stroidom-shop.ru
Как снять комнату в коммунальной квартире смотрите тут comintour.net Самое современное лечение грыж
Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru